Примеры из практики

Уважаемые посетители сайта, на данной странице будет размещаться информация о гражданских и уголовных делах, как завершившихся с благоприятным для моих клиентов исходом, так к сожалению, и дел, окончившихся неудачей. Не существует адвокатов имеющих в своем активе лишь положительный опыт в судебных процессах. В данном случае, моя цель не реклама, а предоставление возможности для Вас, уважаемые посетители сайта, либо применить положительный опыт в разрешении аналогичных и идентичных ситуаций, либо дать Вам возможность предупредить повторение допущенных ошибок.

Хотелось бы предупредить, что безусловно нельзя полностью копировать алгоритм действий адвоката и ожидать повторения результата. Все зависит от конкретной ситуации сложившейся у Вас лично, Ваших знакомых или близких.

Дело о разделе совместно нажитых денежных средств.

Истица Н. предъявила своему бывшему мужу Н. (мой доверитель), брак с которым был расторгнут в 2004 году, иск о разделе совместно нажитых денежных средств.

Предмет исковых требований — 1/2 денежных средств внесенных супругами в период брачных отношений (2002 год) по договору долевого участия, в соответствии с которым Ответчик (как подписавший договор) получал право требовать у фирмы-инвестора передачи ему в собственность недвижимого имущества — 3-х комнатной квартиры в г. Москве.

Истица утверждала, что Ответчик без ее согласия расторг с фирмой-инвестором договор долевого участия в строительстве дома, получив внесенные супругами денежные средства, которые, как утверждала Истица, являются совместным имуществом.

Позиция Ответчика состояла в следующем: он действительно заключил с фирмой-инвестором сделку — переуступил свое право требовать у инвестора квартиру третьему лицу — своему родному брату, т. к., фактически, денежные средства, внесенные по договору долевого участия, являются денежными средствами принадлежащими брату, которые он передал Ответчику для передачи их фирме-инвестору, так как сам в тот период по различным причинам не мог этого сделать. В подтверждение суду были представлены расписки о получении Ответчиком денег в присутствии свидетелей. В настоящее время дом построен, права собственности на квартиру у брата оформлены надлежащим образом. Истица была прекрасно осведомлена об этих обстоятельствах, не возражала против заключения сделок Ответчиком, что подтверждается следующим обстоятельством: при расторжении брака у нее отсутствуют какие-либо материальные претензии к Ответчику. Кроме этого, Ответчик утверждал, что никаких денежных средств при заключении сделки по переуступке прав требования он ни от фирмы-инвестора, ни от брата не получал, а самой Истицей таких доказательств суду представлено не было и, следовательно, Истица может лишь оспаривать законность заключенной Ответчиком сделки, как сделки заключенной без ее согласия.

Решением мирового суда в удовлетворении исковых требований Истице было отказано в полном объеме.

Дело об оспаривании отцовства и аннулировании записи об отцовстве.

Брак супругов Ф. был расторгнут, местом жительства общего ребенка-несовершеннолетнего 14-летнего сына было определено место жительства отца (мой доверитель), при этом с матери ребенка были взысканы алименты в твердой денежной сумме, однако бывшая супруга, не согласившись с решением суда, подала иск, в котором утверждала, что ее бывший муж не является биологическим отцом ребенка, и просила аннулировать запись о его отцовстве.

Сторона ответчика категорически возражала против требований истицы, мотивировав свою позицию тем, что в случае их удовлетворения будут нарушены права и законные интересы ребенка.

В ходе судебного разбирательства была проведена судебная генетическая экспертиза, которая с большой долей вероятности установила, что мой доверитель действительно не является биологическим отцом ребенка, что позволило суду первой инстанции вынести решение, которым требования Истицы были полностью удовлетворены.

Данное решение было обжаловано в кассационном порядке в Московском областном суде. Выслушав аргументы приведенные адвокатом и его доверителем, кассационная коллегия отменила решение суда первой инстанции и направила дело на новое рассмотрение в ином составе судей. При повторном судебном разбирательстве в городском суде, в требованиях истице было полностью отказано, поданная ею кассационная жалоба оставлена без удовлетворения.

Дело о расторжении договора пожизненного содержания с иждивением.

Н. обратилась в районный суд г. Москвы с иском к своей племяннице К. о расторжении договора пожизненного содержания с иждивением и возвращения ей в собственность жилого помещения — 3-х комнатной квартиры в городе Москве.

Свои требования Н. обосновала тем, что К. в течении 2-х лет не исполняет своих обязанностей плательщика ренты, а именно: не перечисляет ей денежные средства в требуемом Н. размере, не производит текущего ремонта жилого помещения, а также не оказывает Н. помощи в приобретении продуктов и лекарственных средств.

На первый взгляд, позиция К. обратившейся за оказанием юридической помощи выглядела не блестяще: Н. действительно в течении длительного времени не получала от К. денежные средства в соответствии с условиями договора пожизненного содержания, ремонт не производился, а документы подтверждающие приобретение продуктов или лекарственных средств для Н. у К. отсутствовали.

При изучении проблемы стало известно, что неполучение Н. денежных средств действительно имеет место, однако причиной этого является отказ Н. в получении денежных средств от К., которые последняя, регулярно отправляла ей почтовым переводом. Отказ мотивирован желанием Н. получать денежные средства в гораздо более значительном объеме нежели предусмотрено договором.

К сожалению, квитанции подтверждающие перечисление денежных средств Н. у ее племянницы не сохранились, что существенно осложняло позицию К., однако к моему адвокатскому счастью, почтовое учреждение согласилось дать ответ на мой запрос, касающийся подтверждения направления К. денежных переводов в адрес Н.

Что касается ремонта, то здесь дело обстояло несколько лучше.

У К. сохранилась копия договора подряда, предметом которого являлись ремонтные работы в спорной квартире, при этом К. приводила в квартиру мастеров для составления сметы на ремонт, однако Н. в категоричной форме отказалась пускать их в квартиру для осмотра.

И здесь, удача улыбнулась нам — строительная компания оказалась солидной и действующей, а вышеуказанные специалисты согласились дать в суде подробные свидетельские показания, что позволило нам в суде"опрокинуть" позицию Н. утверждавшей, что К. сознательно нарушала условия договора.

Нашлись и другие свидетели: соседки Н. по дому, а также родственники как Н., так и К. которые были свидетелями конфликтных ситуаций между К. и Н., связанных с отказом последней принимать приобретенные для нее продукты.

В качестве доказательств неукоснительного исполнения К. своих обязанностей по договору, суду были представлены лекарственные средства, приобретенные К. для Н. в соответствии с рекомендациями лечащего врача Н., а также заслушаны свидетельские показания самого лечащего врача, к которому К. неоднократно обращалась за информацией о состоянии здоровья Н., а также для передачи необходимых Н. лекарственных препаратов.

Оценив представленные сторонами доказательства, суд отказал Н. в исковых требованиях к К. о расторжении договора пожизненного содержания с иждивением посчитав, что неполучение Н. содержания с иждивением вызвано исключительно нежеланием Н. получать причитающуюся ей ренту, отметив при этом злоупотребление правом со стороны Н.

Истребование квартиры у добросовестного приобретателя.

К адвокату обратилась гражданка Я. которая, пояснила, что является наследницей по завещанию своей подруги Шутовой, которая в свою очередь являлась единственной наследницей по закону  своего супруга Шутова, которому принадлежала,в числе прочего имущества,2-х комнатная квартира в г.Москве.

В 2007 году муж Шутовой скончался,  и вдова в силу своего болезненного состояния выдала доверенность для совершения соответствующих действий сыну  подруги -Сергею Я. , который и занялся сбором необходимых документов.

Через 3 месяца Шутова умерла , а  Я.обратилась в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства после умершей полагая, что каких-либо проблем при наследовании не возникнет.

Однако нотариус отказал  в выдаче свидетельства о праве наследования по завещанию в отношении квартиры, предложив  Я. в судебном порядке признать право собственности на данное недвижимое имущество.

Готовя  необходимый комплект документов, адвокат обратился в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве и получил выписку из реестра прав на недвижимое имущество, из которой следовало,что собственником квартиры является Шутов-покойный муж наследодателя, что исключало необходимость применения обеспечительных мер-запрета на совершения каких-либо сделок, а также иных регистрационных действий в отношении квартиры.

Иск о признании Шутовой лицом фактически принявшей имущество после смерти своего мужа, а также признания права собственности в отношении вышеуказанной квартиры в порядке наследственной трансмиссии за Я. судом были удовлетворены в полном объеме и адвокат обратился в органы регистрации  с просьбой зарегистрировать за  право собственности в отношении квартиры за Я. на основании решения суда.

И вот тут нас ожидал “сюрприз”! Выяснилось, что за неделю до вынесения решения судом о признании  права собственности на квартиру за Я., некий гражданин Денкин продал квартиру гражданину Пардилову! 

Но самое интересная и шокирующая деталь: как следовало из документов, с которыми адвокату удалось ознакомиться, сам господин  Денкин якобы приходится умершему Шутову племянником  и стал собственником квартиры на основании свидетельства о праве на наследство по закону выданного одним из нотариусов г.Москвы!

Этого не могло быть, т.к. единственной наследницей первой очереди по закону после смерти Шутова являлась его жена.

Сама наследница-Я. утверждала, что дружила с Шутовыми много лет, никогда не слышала о существовании у них племянников, а своих детей у них никогда не было.

К сожалению, пришлось вновь обращаться в суд ,но уже с иском к Пардилову о признании недействительной его сделки с Денкиным и об истребовании квартиры из чужого незаконного владения.

К моменту начала рассмотрения дела по существу выяснилось, что квартира в течение небольшого времени сменила 2-х владельцев , что предполагало замену ответчика.

Из полученных судом документов следовало, что предъявленное Денкиным свидетельство о праве на наследство по закону является фальшивкой и нотариусом никогда не выдавалось, а с Денкин никогда к нотариусу с заявлением об открытии наследства не обращался. 

Кстати,сам Денкин в судебное заседание так и не появился, а полученная судом информация позволяла догадываться, что сам Денкин (или лицо выдающее себя за него) осужден за аналогичное преступление одним из районных судов Москвы.

Еще в самом начале судебного разбирательства адвокату стала понятна схема мошенничества. Злоумышленники, узнав о смерти Шутовых ( мужа, а потом и жены) и получив информацию (из каких источников,оставалось лишь предполагать) об отсутствии наследников по закону решили завладеть квартирой, но к счастью для Я., участники аферы не знали о существовании завещания Шутовой  и не предполагали, что тайное станет явным.

В ходе  рассмотрения дела  не удалось собрать достаточных доказательств неосмотрительности  последнего владельца  квартиры-Маркарян при совершении сделки купли-продажи, а также его недобросовестности.

Однако, это не помешало доказать законность изъятия спорной квартиры из его (Маркарян) незаконного владения, прекратить его право пользования в отношении этой квартиры и передать квартиру законной владелице-гражданке Я.

Адвокат Владислав Поплавский